Казахстанский тенге дешевле рубля. 1 рубль по официальному курсу равен 8.19 тенге. По курсу обменников на улице — 7.15-7.20 тенге.
Примерно столько, кстати, стоят венгерские форинты, поэтому и в Венгрии, и в Казахстане все цены огромные, и в первые несколько дней ты без калькулятора вообще не понимаешь, насколько все дорого или дешево.
Например, наелся ты в ресторане от пуза на 5600 тенге, и тебе еще 10% за обслуживание в чеке посчитали (тут так принято). Считаешь на калькуляторе, все вместе выходит на 800 рублей. Вроде очень неплохо по московским меркам.
Но каждый раз вытаскивать калькулятор слишком накладно, а делить на 7 или 8 в уме сложно. Пришлось поднапрячься и придумать грубый, но быстрый способ понять рублевый эквивалент цены в тенге: отбросить последнюю цифру («копейку»), а к остальному прибавить примерно треть.
Увидел, например, кофе за 990 тенге, убрал ноль, осталось 99, прибавил треть, то есть 33, получилось 132 рубля. Можно брать.
Проблема только в том, что рублевое представление цены не дает понимания об истинной дороговизне. Русские же начинают делиться впечатлениями с местным населением о том, как здесь все дешево, из-за чего у казахов складывается стереотип, что для нас, типа, 500 рублей не деньги. Ну и местами могут тебя слегка на этой почве объегорить.
Поэтому надо научиться смотреть на цены глазами людей с зарплатой 300 000 тенге в месяц. И в одном из чатиков предложили очень простой и действенный способ: делить не на 7-8, а на 5, тогда цены сразу превратятся в околомосковские.
Получается, что поел ты не на 800 рублей, а уже на 1200, и кофе стоит не 132 рубля, а уже 200. Все равно не так дорого, как в Москве, где этим летом стакан «бамбл-кофе» (холодный коктейль из эспрессо с апельсиновым соком) местами стоил 400-450 рублей, но все же.
Кстати, самое мозговыносящее в тенге то, что звуки «т» и «н» в его названии мягкие. Всю жизнь я на автомате говорил [тэнге], а здесь все говорят [т’ин’ге]. Очень непривычно самому такое произносить, ощущение, как будто сюсюкаешь.
Сегодня погуляли по Утрехту, перед выездом в Амстердам решили попить какаушку на вокзале.
Вокзал большой, с магазинчиками и микрокофейнями. Забежали в одно местечко, где можно самому себе налить напиток из кофемашины, подошли, ткнули кнопки, налили какаушко, пошли к девице-продавщице, спрашиваем, можно ли наликом расплатиться (мы же русские, с нами бог, а нормальные карты — не с нами). Сказала, что нельзя, потому что заведение уже формально закрылось, и принимаются только карты. (Забавно, что в России обычно наоборот: если пришел после закрытия, то покупаешь только за нал.)
Окей, ладно, у нас есть Union Pay, который иногда где-то может сработать. Вставили — не работает. А какаушка уже у обоих налита, и стоит она 5-6 евро, такое на дороге не валяется.
И тут девица говорит, что все в порядке, забирайте так. Я в недоумении, предлагаю дать ей все-таки немножко денег, потому что ну неудобно же. Не, говорит, берите на здоровье, а то если оставите, я все равно все вылью.
Нам оставалось только поблагодарить за такое великодушие и поспешить на поезд.
А еще говорят, что русских туристов в Европе не любят. Нормально там всё с этим, все всех любят. Правда, если кто-то начнет регулярно пользоваться этим «лайфхаком» и эксплуатировать доброту европейцев, станет похуже. Так что эксплуатируйте в меру.
В английском языке слово colon используется и для обозначения знака «двоеточие» :, и для обозначения толстого кишечника.
Казалось бы, что может быть общего у этих двух слов? Ничего, на самом деле. Оба вышли из древнегреческого, и с последним значением все понятно: κόλον — это однозначное обозначение толстой кишки.
А есть еще слово κῶλον, которое произносится примерно так же, но обозначает уже часть тела (рука, нога) или часть предложения. Соль в том, что в древнегреческом языке символ : был аналогом нашей точки и обозначал окончание фразы. И вот сама эта фраза называлась κῶλον.
Гораздо позже в английском языке двоеточие превратилось в разновидность запятой, а название не менялось со времен царя гороха, оставив почву для каламбуров.
Например, некоторые бедолаги, которым удалили кусок кишечника из-за рака, болезни Крона или еще каких проблем, угорают над тем, что у них теперь semicolon ;, то есть полукишечник (погуглите “semicolon cancer”).
Прочитал на днях книгу про работу судмедэксперта. Местами хорошо и познавательно (например, про то, как настоящая работа отличается от того, что нам показывают в фильмах), местами противно и хочется поскорее дочитать главу (например, про детали трупного разложения утопленников).
Еще там есть картинки, и они в основном страшные.
Особой морали у книги нет, кроме как того, что жизнь коротка и надо ее ценить. А через частые упоминания того, что множество смертей происходит из-за алкоголя и глупостей, автор пропагандирует трезвость и более внимательное отношение к своему здоровью.
Как же хорошо, что у всех интервалы времени измеряются в одинаковых единицах и фразу «через 15 минут» понимают одинаково во всем цивилизованном мире.
Нет такого, что у одного минута длится дольше, чем у другого. Или что в США вместо секунды используют какой-нибудь «тик», который равен 1.672 секунды, и день состоит не из 24 часов, а из 4 «квартосуток».
Если бы еще и такое было, программисты бы вообще свихнулись. Им и так хватает високосных секунд и часовых поясов.
Иногда нет-нет да и хочется что-нибудь абстрагировать и обобщить в коде на Си. К примеру, хочешь ты принтануть содержимое структуры несколько раз, пишешь везде, как дурак, printf("%s %d %f\n", foo->bar, foo->baz, foo->boom), и интуитивно кажется, что есть способ сделать foo->print(foo), и так вообще со всеми структурами, не только с foo.
Возьмем пример: есть некий чувак с именем и фамилией, и есть птица, у которой есть имя и владелец.
typedef struct Person Person;
struct Person {
char *first_name;
char *last_name;
};
typedef struct Bird Bird;
struct Bird {
char *name;
Person *owner;
};
Чтобы вывести информацию про этих животных, кондовый сишник напишет просто две функции:
